Река Добрица

Мы имели случай провести ночь в лесу, к чему благоприятствовало хорошее время, несмотря на то, что тогда ежедневно являлись на небе грозные тучи, сменяемые одни другими, и гром редко умолкал, а молнии днем и ночью бороздили по воздуху в различных направлениях. В ночное время видимы были по сторонам в отдалениях частые пожары, производимые ее гибельными действиями.

В это время мы отправились на ночь в лес, версты за три от Луха, своей родины, к протекающему там ручейку лесному, который едва тотчас вливает водицу свою в реку Лух, впадающий в р. Клязьму, эта в Оку, соединяющуюся с Волгою, впадающею в Каспийское море. Поэтому и слабый ручеек, к которому мы пришли, принадлежит к водной волжской системе, и он приносит посильную дань, как соучастник с великими реками, огромному бассейну вод Каспийских! Пословица справедлива: «По капле море», а из этого моря какими скрытыми путями исходит великое скопление вод? По рассказам рыболовов каспийских, которые говорят о существовании там опасных пучин, которые, может быть, и есть над истоками вод из этого моря, где оные вливаются в путевые бездны!

Мы расположились у ручейка на ночь, развели огонек и надеялись наловить рыбки в его неглубоких бочажках, но в этом не успели, а прежде в нем водились небольшие рыбки. Время было тихое и теплое, как вообще ночи здесь немного отличаются от состояния дневной температуры, не так, как в странах жаркого пояса: там переход теплоты дневной к свежести ночной чувствителен, что, вероятно, и порождает убийственные лихорадки, в тех местах свирепствующие.

Луна взошла и постепенно освещала то вершины деревьев, то небольшие поляны, то местами свет от нее проглядывал между деревьями; тишина была необыкновенная, так что, казалось, ни один листок на деревьях не колыхался, даже и на осинах не лепетали; казалось, что вся природа заснула. В это время мы отправились в глубину леса молча, как бы боясь нарушить этот общий сон. Чем далее мы в него углублялись, тем постепенно темнота увеличивалась, там была уже какая-то таинственная тишина, казалось нс нарушаемая ничем, исключая шороха, производимого ногами нашими.

Пробираясь между деревьями, мы изредка останавливались; тогда в глубокой тишине кой-где слышны были шелесты или движения, делаемые птицами, сидящими на деревьях для ночлега, и потом опять все умолкало. Местами под кустами в траве блестели, как свечки, горящие червячки фосфорические. Мы имели с собой ружье, но не решились сделать из него выстрел, который бы нарушил эту священную тишину и успокоение природы, и без того уже в то время часто нарушаемое самою же ею, громовыми раскатами, разражающимися в этих дубровах. Мы желали быть и видеть ночь в дремучем лесу, что по счастливому случаю и исполнилось удовлетворительно.

Недалеко там есть река Добрица, обильная рыбою, особенно лещами; она примечательна по смежным с нею болотам, в которых на возвышенных кочках, как бы на маленьких островках, растут деревья, а при корнях их — кустарники, более черной смородины. Все это окружено водою, и тут, в этом болотном архипелаге, разъезжают в небольших лодочках, как бы по извилистым дорогам сада. По этим водным путям представляются разнообразные болотные виды, сменяемые одни другими, и все тут оживляется криками множества водящихся там птиц, которые видны то плавающие, то ныряющие и летающие стаями; одним словом сказать можно, что тут видели мы как бы другой мир!



Яндекс.Метрика